19 Марта 2011

1:32рм Позвонила П., пригласила к себе «на 15 минут». Чего ей надо? Вчера я переставил столы. И взял себе временно маленький. Ибо Насарат ноет, что у меня все «заставлено и завалено». Он где-то прав. Ибо если я хочу, чтобы он перестал «бульдозить» людей, и стал джентльменом, то я должен перестать быть помоечным котом. Мы оба нравимся себе такими, какие мы есть, но царствие небес... то есть Новый Уровень нам не откроется, пока мы сами не поймем, что и как, и не сбросим старые шкуры.

Купил мои любимые сигары «Swisher». Подумал – с 2003-года прошло уже 8 лет. Что я тогда сделал не так, и почему у меня начались припадки – я до сих пор не согласен с таким поворотом – надо было дать мне самому во всем разобраться. Но так или иначе, теперь уже можно начать что-то почти безопасное, как сигары.

Это же даже не сигареты. Мне почти под сорок – могу я делать что хочу, или нет? Я жалею, что не сделал в юности татуировку “JD” на левом плече, я жалею, что не потерял девственность в 13 лет – я жалею, что был «хорошей девочкой».
Я заплатил за это очень дорогую цену в виде полной неопытности по жизни, и за это мне достался Насарат, который с болью вливал в меня этот опыт – в те пустоты, которые остались незаполненными, когда я не сделал определенных вещей в определенное время для своего внутреннего взросления.

Выкурил я сигару, и думаю – скрутит, так брошу, и остальные сигары из пачки отдам бойфренду Усламар Мустафе, благо они индивидуально упакованы. Обидно, что я такой pussy, что всего боюсь, и никогда не делал «диких» вещей в юности. Не перешел за расставленные флажки.

По разговору с Фатимой Эрмиш и Усламар. У меня случился глитч в записях килс анирелей, и 18-го ЛС я ее не поздравил. Конечно, мы были на кратаране. Но ясен пень, я мог бы написать имейл Усламар. Просто не вписал ее килс анирель, когда сливал со списка на календарь.
Нужно было позвонить. Фатима сказала – что-то Г.И. не слышно. Я ответил, что она крутит с В., и это хорошо.

Раньше ей было некуда себя деть, а теперь есть В. Я готов этому мужику ноги мыть, и воду пить. Конечно, я припомнил и «никчемную дочь», и сонеты Шекспира про неблагодарного ребенка, что она выписывала из книжек, и про все скандалы, что она мне устраивала по телефону, где орала, что отец перевенулся в гробу – такой я весь из себя не такой-перетакой.

А все это время мы с Насаратом ее содержали, и она каталась как сыр в масле (все записано, говорю не по памяти, и ничего не преувеличиваю).
Фатима со всем согласилась, а я добавил, что я все это помню не без причины – я не хочу, чтобы мои боль и страдание были забыты, чтобы все покрылось илом и мхом, и чтобы пески Сахары занесли без следа ту Голгофу, на которой она распинала меня каждый день.

Я просто хочу знать почему, как она дошла до этих мыслей, как у нее язык поворачивался все это говорить, в то время как она жила на наши деньги (подтверждено инвойсами Вестерн Юнион – каждый месяц каждого года!!), и каталась по загранкам на наши деньги (все подтверждено фотками и копиями билетов!!). Бог или дьявол – пусть хоть кто-то встанет передо мной, и внятно объяснит, почему моя мать сошла с ума, и мне пришлось все это пережить. Вобщем, Остапа понесло.

Усламар. Что по Усламар? Она продала все тени, сделала хорошие деньги. И теперь хочет мне их «переслать». Я сказал – перешли их своей маме в карман, и поздравь ее с килс анирель от меня. Я ответил, что мне не нужны деньги, пусть она просто подарит мне немного места в ее сердце.
На это Усламар ответила, что я всегда живу в ее сердце, и после мамы, у нее нет никого роднее меня. Наверное, это не совсем так, но это не важно – я действительно сделал для этой семьи достаточно, чтобы смог назвать Фатиму сестрой и Усламар – моей племянницей.